Остафийчук Алина Владимировна родилась 7 декабря 1979 г. в городе Краматорске. Первые стихи у Алины появились в семилетнем возрасте. А в 15 – пришло серьезное увлечение поэзией. Среди своих любимых авторов она называет Пастернака, Цветаеву, Мандельштама. Ее стихи - это взгляд на мир представителя нынешнего поколения молодых. Сейчас она студентка 5-го курса Донбасской государственной машиностроительной академии, автор поэтического сборника «Единение двух сердец», который вышел в 2000 г. Алина - одна из инициаторов создания в стенах родного вуза газеты «Академия».

       Алине Остафийчук, как одной из немногих, дан дар из множества слов выбрать самые сильные, самые емкие и создать стройную, красивую, глубокую поэтическую форму. Ее поэзия не для мимолетного прочтения. Особый стиль, в котором угадывается и старый венский вальс, и саксофон, и бардовская гитара, переплелся с идеями христианства и новой культуры, сформированной под воздействием творчества великих поэтов и писателей нашей современности.

     Вторая ее книга - «Бисерное признание» - это ее неповторимый взгляд на мир сквозь призму Любви и Надежды, Печали и Сострадания, попытка осознать мир и себя в гармонии с другими людьми, в гармонии с прошлым.

     Последняя книга называется «Прижаться к земле» и по тематике как бы продолжает первые две. Это книга об истинной сущности человека, о счастье и его поисках, и о том, что главным для человека всегда были, есть и будут Природа и Любовь.

Алина Остафийчук «Единение двух сердец»

     Единение двух сердец : Стихи / А. Остафийчук; худож. О. Лапузенко. – Краматорск, 2000. – 15 с.       

         ОТЦУ 

Я знаю, ты все увидишь,
Ты — совесть моя, мой страх.
Ты — храм мой при ста свечах,
Мой крест ты и мой спаситель.
Не спрятаться мне от тебя,
И даже, в безумство вклинясь,
На голос твой я откликнусь.
Из ада воскресну я.
  
ПЕРВЫЕ МИНУТЫ РАЗЛУКИ
 
Ниспадание слез с ресниц,
Невозможность рассторгнуть губы.
Караваны златых колесниц –
Ни к чему. И фальшивят трубы.
Несвязание слов и стен,
Неотчетливость дня и ночи...
Нерасправлена век постель,
И никто ничего не хочет...
Что тут скажешь, - вся жизнь — за миг.
Что придумать, когда нет мочи
Даже выдавить слабый крик,
Не найти даже малой строчки.
Неоткрытость всех век и душ,
Просто вычеркнут ты из неба.
Ты — никто, ты — ни брат, ни муж...
Тень от солнца, обрывок света...
  
        МЫ ВМЕСТЕ 
 
Солнце над черной дырой городов...
Ты— далеко и мой дождь не слышишь,
Я в паутине сердец и слов,
Я вырываюсь из окон на крыши.
Предрешено наше небо, как в песне.
Я потерялась в чужих облаках.
Но, несмотря на разлуку, мы вместе
В радугах, росах и в белых стихах.

  Алина Остафийчук «Бисерное признание»

     Бисерное признание : Стихи / А. Остафийчук; худож. Е. Кремянская. – Славянск : КП «Вести плюс», 2001. – 60 с.      

       О "НАШЕМ"
 
Я не просто живу у "нас",
Я у "нас" обретаю душу.
Может, там - золотой Парнас,
Только "там" он совсем не нужен.
 
А у "нас" - голубые сосны,
И черемуха душит грудь.
Все запутано, все непросто,
И сверчки не дают уснуть.
 
И не много у нас богатства.
Нам богатство - под небом храм.
Но не нам за детей бояться,
Пусть боятся за веру "там".
 
И пусть едут смотреть на ивы,
Пить весною березовый сок.
Мы духовно ведь так красивы,
Только слабы работать впрок.
 
А ведь прок - что в нем, право, толку:
Смерть не думает о деньгах.
Нам поля, будто воля - волку.
И чужое - нам только прах.
 
 
         О СМЕРТИ
 
Я о смерти совсем не думаю:
Смерти нет - есть окно и свет,
И земля, до безумья круглая,
И сводящий с ума рассвет.
 
 
                 ЗЕМЛЯ 
 
Жуть, перед глазами пелена –
Эк вас, мои милые, сломало.
Не смотреть - так бесконечно мало,
Хочется не открывать глаза.
 
Под ресницами прогнили дни
Нет лекарства от беды кромешной.
От других и от себя, конечно,
В этом мире прячемся - одни.
 
До безумия не вскрыть ресниц,
Не уйти и не зарыться в небо.
Почему не бред, не сон - вся небыль,
Вся земля кроваво-зверских лиц?! 
 
           ЗА ДЕТЕЙ
 
Городов стада и могилы крыш,
Крысы сожраны за обедами.
Ты - уставший - ждешь, ты - голодный - спишь.
Дети босые, дети - бедные.
 
И за что же, Бог или Дьявол сам,
Этим нежным снам в наказание
Пить могильный дым и смотреть в глаза
Псам, плюющим им подаяние.
 
Городов тюрьма и война скотов,
На глазах детей - отрешение.
Да простится нам умершвленье снов
Обреченного поколения.
 

 Алина Остафийчук «Прижаться к земле»

     Прижаться к земле : Стихи / А. Остафийчук. – Славянск : ПП «Канцлер», 2005. – 112 с.       

                                                           НЕ НАДО КОПИТЬ В СЕБЕ ЗЛОБУ

     Не надо копить в себе злобу. Не надо думать, что весь мир против и уже ничто не изменится. Земля прекрасна независимо от твоей черноты. Реки прозрачны, не смотря на человеческий смрад. И жизнь никогда не останавливается перед смертью. Не думайте, что вы сможете переделать землю, высушить реки и испортить жизнь. Вы — ничто в больших руках Бога, вы — роса просыпающейся планеты. Подумайте как мелко ваше сознание, и запомните — ваше горе — это ваша выдумка. Потому что в мире НЕТ такого понятия. Вы сами его придумали, вы сами получаете удовольствие от своего страдания.

       А я говорю — я счастлива. Счастлива, когда отвергнута любовью. Счастлива, когда забыта друзьями. Счастлива, когда прикована к пос­тели. Все это — иллюзия человечества. Этого нет. Есть только мир, есть земля и вода. Есть моя жизнь. И какое мне дело до смерти, пока я живу? И какое мне дело до несчастья, если оно — выдумка. Не смотря на все ограничения, я — полноценный человек. И чем больше я встречаю зла, тем больше люблю жизнь. Я отвергаю злость и обиду. Я хочу, чтобы люди поняли — самое большое зло — это привычка к жизни.

       Не надо привыкать к земле и к рекам! Каждый день, каждую се­кунду вглядывайтесь в свой мир, и увидите миллиарды новых причин для радости. Каждый раз, просыпаясь на земле, вспоминайте, что эта жизнь подарена вам только однажды. И ее надо прожить, а не просидеть у телевизора.

     Но даже когда у вас нет возможности жить полной жизнью, на­слаждаться горными вершинами, бескрайним морем, азартом побед и человеческим общением, вы можете быть счастливыми. Чтобы ког­да-нибудь, умирая, сказать всему миру — спасибо.                                     

                                                   *    *    * 

Я тебя полюбила до срока —       
Незнакомого, словно рассвет.  
Много было в судьбе моей Бога,      
Но прозрения все-таки нет.
 
Много было и света, и боли,     
Но такого, как ты, не ждала.    
Я тебя полюбила — как море —  
Не объять мне тебя никогда.
 
И не знаю, придешь ли когда-то, 
Чтобы руки мои отогреть.
Я влюбилась не с первого взгляда —
Даже глаз не смогла рассмотреть.
 
Просто так — словно цельное небо
Оглушил высотою души.                
Я люблю тебя не для ответа,           
Я  устала от вычурной лжи.
 
Будь далеким, но светлым и чистым,
Будь не познанным — только моим.
Я тебя полюбила так быстро,
Что сама испугалась любви.
 
 
                     *   *   *
 
Трудно — без злости — в безверие мира,       
В черные дыры оборванных ртов,
В пропасть бездушных, в иконы кумиров,
В гниль городов и обвалы голов.
 
Трудно — без мести — от порванных нервов,
От двоедушия бывших друзей,
От векового убожества первых,
От несуразности прожитых дней.
 
Трудно — писать и молчать нету силы.
Только от неба — до сердца — в рассвет
Я принимаю величие мира,  
И понимаю, что зла в мире нет.
 

ПРОСТОЕ СЧАСТЬЕ 

Простое счастье — придя домой
Котенка в пороге встретить.
И он — мурчащий, искренний, твой —
Все чудо на этом свете.
Погладить ласково по усам,
Поцеловать и услышать мяу —
Как будто «мама», и по душам
Поговорить за вечерним чаем.
Ну а когда за котенком вслед
Навстречу — тоже уставший, сонный —
Поцеловать и сказать привет
Придет твой самый любимый — вспомни,
Что только пару недель назад,
В пустую комнату вперив душу,
Отодиночество жгло глаза,
И ты был даже себе не нужен.
Представь, что завтра — такой же день.
Пусть ужас вскроет на сердце вены.
И ты не будешь футбол смотреть,
Не будешь слушать чужие нервы.
А вдруг поймешь, и откроешь вдруг —
Что вот она — в бигудях и в креме,
В домашних тапочках греет суп
Твоя единственная во вселенной.
И кот, уткнувшийся в молоко,
Вдруг станет самым живым и светлым.
Простое счастье — прийти домой,
И все заметить, и встретить первым. 

[наверх]      [на головну]